Под знаком большой медведицы

Ночь музеев. "Ночь под знаком большой медведицы" - необычные мероприятия в на pleasadbioru.tk

под знаком большой медведицы

Под Большой медведицей (). Всё о сериале: сезоны и эпизоды, даты выхода, актеры, трейлеры, фото. Отзывы зрителей и профессиональные. На сайте Убуки можно читать Олигарх с Большой Медведицы, автор о чем свидетельствовали мелкие буковки по периметру номерного знака. Руководитель прибыльного рекламного агентства Елизавета Арсеньева, как и все люди, страшится перемен. Но душа героини требует изменений.

Откуда я знаю, что делать?!

под знаком большой медведицы

Но он влез один раз и еще сто раз влезет, а ты там одна живешь, в этой дыре! А он в следующий раз еще и приведет кого-нибудь! Лиза начала потихоньку злиться. Я сейчас поговорю с нашим начальником службы безопасности, может, он мне что-нибудь посоветует!

Сериал Под Большой медведицей онлайн

И что я могла еще сделать?! Игорь некоторое время помолчал, словно внезапно поперхнулся, а потом спросил осторожно: Может, на машине соседи приехали, а он уже потом влез?

Я поговорю с Максом! Грязь летела веером, размазывалась по стеклу. Просто чтобы оно у них было, на случай каких-нибудь… неприятностей. Лучше приезжай вечером ко мне, и сам все увидишь!

Я не могу и тебе возвращаться на дачу не советую. Езжай к родителям, это безопаснее. Ведешь разговоры с бандитами, которые влезли к тебе в гараж! Ему не хотелось заниматься ее проблемами, и это было совершенно очевидно. Формулировки вполне достойные друг друга и вполне взаимозаменяемые. Впрочем, вы с сестрицей только и занимаетесь глупостями.

Вместо того чтобы работать, вы только болтаете!. Это было решительно не так, ибо Лиза только и делала, что работала, и очень даже успешно, и ее сестра Дунька, преуспевающая журналистка, тоже только и делала, что работала, и тоже вполне успешно.

Это никогда не считалось. Игоря раздражало, когда они подолгу болтали по телефону, еще его бесило, когда они болтали в кафе или на стоянке возле магазина. Он все время приводил им в пример каких-то достойных женщин, его бывших и нынешних знакомых, которые никогда не болтали, не тратили время на кофе с клубничным тортом, не шатались по магазинам, не торчали подолгу возле витрин с бельем или обувью, облизываясь, шушукаясь и ничего не покупая.

Те достойные женщины все время работали — видимо, и днем, и ночью. Эти арии в исполнении Игоря всегда приводили Лизу в уныние, заставляя сознавать собственное несовершенство, она вздыхала, огорчалась и давала себе слово, что в следующий раз ни за что не пойдет с Дунькой на кофе с клубничным тортом. Пойдет, конечно, разве она может не пойти, но только Игорю ни за что об этом не расскажет.

И вообще кто придумал, что мужчине можно обо всем рассказать, поплакаться, попросить совета, пожаловаться на жизнь или похвалиться успехами?! С ним нужно держать ухо востро, никогда не расслабляться и, самое главное, не верить.

Она и не верила. Никому — ни женщинам, ни мужчинам. Голос его стал помягче. Ты что, не слышала? Она отлично слышала, но время от времени вся эта канитель ее удручала. Ну, ведь все уже давно понятно. Все было понятно с самого начала, с той минуты, когда он взялся растолковывать ей, как именно должна вести себя женщина, а как не должна.

Учиться, учиться и еще раз учиться. Лизе хотелось его послушать, а для этого нужно побыстрее попрощаться. Это было вранье, но куда ж деваться! Ну, поговорили, и слава богу.

Должно быть, он знает, о чем поет, этот далекий и неизвестный Максим Леонидов. А раз он знает, значит, она… не одна. Мы прорвемся, мой король.

Правда, с королем большие проблемы, но это. Она и сама по себе королева, удавшаяся во всех отношениях! На работе все оказалось не так уж ужасно, как Лиза подозревала. Она всегда подозревала своих сотрудников во всех смертных грехах, особенно же подозрительной стала, повстречавшись с Игорем, который считал, что с людьми работать нельзя!

Все ей казалось, что в ее отсутствие Мила потеряет все до одной бумаги, Света Крюкова нахамит по телефону заказчикам, Костик Брыл ев перепутает рекламный слоган, придуманный для фармацевтов, со слоганом для шоколадных конфет, Ира поссорится с журналистами, а Маруся забеременеет и уйдет в декрет, Макс Громов проворонит жуликов, Леша Горский сотрет в компьютере все базы данных.

Вряд ли все это могло случиться на самом деле, но тем не менее она приезжала на работу с некоторой опаской, словно ей предстояло прыгнуть с вышки в холодную воду и всякий раз, выныривая, она как будто заново удивлялась, что осталась жива. Лиза стояла у стола, курила и просматривала бумаги. Секретарша маячила в дверях — ближе не подходила. Лиза перевернула лист, отложила его и мельком на нее взглянула.

под знаком большой медведицы

Что значит, я приеду?! А у вас самой нет никаких обязанностей, что ли?! Мила метнулась выполнять поручение, и вслед ей Лиза крикнула, чтоб Крюкова просто так не приходила, а захватила с собой медиаплан. Секретарша пропала из виду, и на ее месте в дверном проеме воздвигся Макс Громов, начальник службы безопасности. Потому, что он так в кабинет и не вошел, Лиза догадалась, что в руке у него что-то неположенное — видеокассета с боевиком или новый детектив.

В тех офисах тоже были начальники и начальницы, но приставал он почему-то только к Лизе. По крайней мере, Лиза именно так себе это представляла. Он часто помогал ей улаживать какие-то мелкие дела, ее собственные и сестрицыны, никогда не подводил, всегда был готов к услугам, и она беззастенчиво этим пользовалась, иногда томясь от собственного свинства. Когда желудь спелый, его всякая свинья слопает.

Ты наливай, а я. Что там у тебя? Макс смешно поморщился, потом взглянул на свою руку, скрытую от Лизы, как будто точно не знал, что у него там, затем сделал какое-то движение и зашел.

В руках у него ничего не. И он сделал движение, будто собирается расстегнуть ремень. Лиза попыталась его остановить, и в этом пикантном положении их застала вернувшаяся Мила. Вот ведь и не делала ничего, а все равно неловко! Крюкова уволилась, а Миклухин запил? Когда заказчик собирается приехать, ему надо в ноги поклониться, а не спрашивать у меня, приму или не приму!

Конечно, в любое время, когда там ему удобно! Только документы мне подготовьте и заранее скажите, во сколько его ждать. После чего она решительно прошествовала за свой стол, уселась и поставила на столешницу локти, как бы утвердившись в этом положении.

Он приехал на машине. Наземный у нас гараж. И я раньше никогда его не видела. Он ведь и вправду ничего не объяснял, но из чего-то Лиза все же сделала вывод, что он ее новый сосед. Или старый сосед, которого она никогда раньше не видела. Или он замок ломал?

Если ты выяснишь его фамилию, я тебе все про него расскажу, но это скорее всего просто сосед, которого ты не знаешь в лицо. Он пожал плечами и посмотрел утешающе, как будто извинялся за то, что лишил Лизу неких детективных переживаний.

Некогда мне тут с вами… Света бочком вошла и остановилась. Она была довольно умненькой, исполнительной, но не слишком инициативной, как все сотрудники средней руки. Лиза знала о ней только то, что она красит губы алой помадой и любит старинные украшения и безделушки.

На столе у Светы обычно лежали какие-то альбомы и каталоги, которые она исподтишка почитывала. Как-то они даже разговаривали о ее пристрастии, Света спрашивала, нет ли у Лизы чего-нибудь такого старинного и нельзя ли это посмотреть. Ну, что эта самая Света может понимать в старине?! Или бабушка у нее была графиня, а дедушка князь?! Макс, а ты фильмы до вечера не смотри, одуреешь!

Что мне теперь делать? Ты за шлагбаум заехала? Он вышел, и из приемной еще некоторое время доносился его голос, пониженный на несколько тонов — очевидно, он развлекал удрученную Милу, слегка флиртовал, отчасти пошучивал и своего добился. Мила тоненько засмеялась, потом затихла и после того, как хлопнула дверь в приемную, встревоженно заглянула в кабинет, не слышала ли начальница. Молоденькая дурочка, которой нравится взрослый дяденька.

Лиза из вредности пересмотрела все принесенные Светой бумаги и дала три задания — одно невыполнимое, другое трудновыполнимое, а третье самое легкое. На первом она расстроится, на втором возгордится, а на третьем отдохнет и полюбит начальницу, и все будет хорошо.

Портфель придавал ему значимости и уверенности в. Лиза отлично помнила, как в первый день знакомства он решил научить ее правильно работать и долго объяснял, как именно ей следует относиться к его персоне, как его уважать и ценить.

Хотя бы за то, что он, в отличие от Лизы, учился в Йельском университете, а степень получал в Сорбонне. Все остальное вторично — даже ваш профессионализм. Будь вы хоть сто раз профессионал, но если мне с вами неприятно общаться, скорее всего никакого сотрудничества у нас не выйдет.

Это, по-моему, самое большое заблуждение из всех, какие только могут. Никто не станет работать с неподходящим человеком, даже если он семи пядей во лбу. Попробуем любить и уважать друг друга или расстанемся? Альфред присмирел, и с тех пор все у них шло гладко. Он проникся к ней уважением, а она перестала читать ему лекции о природе отношений в бизнесе. Альфред сделал несколько корректных замечаний по программе, которую готовили Лизины сотрудники.

Лиза некоторые замечания приняла, а некоторые отвергла, тоже очень корректно. Потом он внезапно пригласил ее на ужин, очевидно, повинуясь некоему всплеску добрых чувств, произошедшему на почве обсуждения программы. Потом она позвонила сестре, получила от нее порцию руководящих указаний — сестра, несмотря на то, что была младше на целых полтора года, все равно руководящую и направляющую роль всегда брала на.

Еще они обсудили, что подарить родителям на Новый год, какой именно торт они станут печь и где бы взять мужчину, который под елочку положил бы бриллиантовое колье и билеты первого класса до Парижа. Можно и до Рио-де-Жанейро. В самом конце дня Лиза неожиданно вспомнила, что Игорь так и не позвонил и на обед они никуда не сходили — а это было бы так здорово, так красиво, как в телевизоре! Он и она обедают вместе, улучив минутку среди бесконечной череды дел, и два портфеля на полу стоят, привалившись друг к другу кожаными щеками, а они перешептываются над тарелками с салатом и вазочками с желе, молодые, успешные, состоявшиеся всем на зависть!

Подумав, Лиза позвонила ему на мобильный, но он трубку не взял, и она огорчилась. До дома она добиралась долго — снег шел целый день, расчистили, как водится, только одну полосу, и все машины тупо стояли в этой самой полосе, как в очереди. Лиза тоже стояла в очереди, подпевала приемнику, постукивала по рулю, а потом принялась кусать заусенцы — привычка, за которую ее все время ругала сестра Дунька, но невозможно, невозможно было уже подпевать приемнику, злиться и ничего не делать!

Она приехала в Рощино, злая и голодная, с обкусанными ногтями, затормозила у ворот и сильно перепугалась, когда увидела громадную черную тень, которая двигалась по белой гаражной стене. Лиза, как любой столичный житель, мгновенно впадала в панику. Эта самая паника — плата за жизнь в русском мегаполисе — все время подстерегала. Любое отклонение от привычного казалось Лизе, и она подозревала, что не только ей, фатальным и страшным. Что на этот раз?. Взрыв, удушающий газ, захват заложников?.

И неужели сейчас… в меня? Несколько секунд Лиза всерьез раздумывала, не сдать ли ей назад, не вернуться ли в Москву — кто-то сегодня уже говорил ей про Москву! Ну, почему, почему она не осталась?! Рука сама потянулась к рычагу, пальцы впились в него, как когти, она метнула взгляд в зеркало, чтобы понять, свободен ли путь, и нога приготовилась давить на газ, когда темная туша вошла в освещенное пятно и оказалась… Черт побери все на свете!.

Большая Медведица

Лиза дернула ремень, рванула, откинула его и выскочила из машины. Почему вы здесь ходите? Он издали посмотрел на нее, словно прикинул что-то. Меня зовут Дмитрий Белоключевский. Какое-то смутное воспоминание мелькнуло у нее в голове, связанное с буквами этой сложной фамилии. Откуда-то она ее слышала или давно знала, но откуда и как она могла ее знать? То есть Елизавета Юрьевна. Он шумно вздохнул и полез в карман своей колом стоявшей дохи. Позади Лизы работал двигатель — урчал успокаивающим, цивилизованным звуком, как человеческий голос в грозу.

В крайнем случае она немедленно кинется в машину, запрет все двери и уедет. Он пожал плечами — почти незаметным под дохой движением. Сигарета тлела в его пальцах, и снег летел с черного неба.

Когда Лиза была маленькой, она часто думала, как это так получается, что с такого черного неба летит такой белый снег. Этого не может. Глупо и невозможно говорить что-то мужчине, который, согнувшись, кидает снег, и Лиза просто пошевелила губами, словно продолжая ненужный спор, и стала шарить по карманам в поисках брелка, открывающего ворота.

Она шарила долго и сердилась на себя, на этот скрежещущий звук и на согнутую спину в черной дохе, а потом сообразила, что ключи остались в зажигании, значит, и брелок там. В зажигании то. Тогда в рамках шестерочного похода мы штурмовали перевал Победу 3Б. С территории альплагеря мы посмотрели на ледник Кашкаташ, полюбовались освещенной утренними лучами солнца пирамидой Джантугана.

Из Адылсу довольно быстро добрались до устья Юсеньги - правого притока Баксана. У моста через реку стоят офицеры - пограничники, остановившись, выяснили, что они с поста "Бечо". Нам надо туда заложить очередную заброску, предназначенную для перевалов - "троек А" - Жемчужины Приморья и Невы. Договариваемся с погранцами, четверо из команды остаются, чтобы тащить заброску, остальные трое едут в Терскол, где надо разместить последнюю часть наших продуктов и вещи, с которыми предстояло возвратиться домой.

Подъем к посту "Бечо" оказался утомительным, несмотря на то, что использовали ишака. Поклажа с трудом держались на спине этого "транспортного средства", тропа была узкой, местами приходилось судорожно перебирать ногами по склону, одновременно цепляясь за веревки, которыми крепились коробки и подбадривать ишака пинками.

Возвращались назад под дождем. Передав погранцам "магарыч" за хранение заброски и наскоро перекусив, команда в полном составе отбыла вниз по Баксану к поселку Былым. Около шести часов вечера попрощались с Лешей Скрипкиным, который делил с нами на протяжении двух дней стол и ночлег. Активная часть путешествия по ущелью реки Кестантысу началась с переправы через реку вброд под сильным дождем.

В четырехстах метрах выше переправы остановились в относительно чистом и сухом доме бывшей конефермы. На потолках в комнатах прилепили свои гнезда ласточки, над дверью в застрехе поселились воробьи.

Все это птичье воинство вскармливает птенцов, писк и шум крыльев утихли лишь с наступлением темноты. В одной из комнат мы развесили на просушку одежду и обувь, в другой готовили ужин, трапезничали во дворе под навесом, на ночевку расположились в третьей комнате, которую перед этим подмели и застелили полиэтиленовыми накидками. На гвоздях, вбитых в стены комнаты, висят фотоаппараты, ледорубы, очки, которые придают интерьеру несколько экзотичный вид. Первые два часа пути то и дело приходилось переправляться с берега на берег, обходя многочисленные скальные прижимы Кестантысу.

Таких бродов было семь. Игорь часто доставал видеокамеру, отлавливая динамичные кадры.

Под Большой Медведицей. Сериал. Серия 5 из 8. Феникс Кино. Мелодрама. Детектив

Постепенно тропа стала набирать высоту, каньон удалился вниз, а слева по ходу начал открываться древний вулкан Кумкюгенкая.

Жара усиливается и становится труднопереносимой. На обед встали у ручья в основании кулуара, поросшего березовым криволесьем. Часть команды не преминула искупаться.

Дальнейший путь с трудом допилили до плато под перевалом Сарын. Шли с постепенно снижающимся темпом до седьмого часа вечера. Несколько глотков айрана, которым угостил нас пастух с кошары, расположившейся под началом подъема к перевалу, не добавили нам резвости. Сказывается усталость первого дня, реакция на изменение высоты. Поднявшийся ветерок усилился, стал неприятным и заставил искать для ночлега укромное место.

После ужина немного ожили и даже проявили интерес к картам - только не походным, а игральным. Запахло "козлиным" духом, который уже не ослабевал до самых последних дней путешествия. Чуть больше часа занял подъем от места ночевки на Сарын, первый перевал нашего маршрута.

Относительно плавный склон выводит на широкую седловину, где на огромном валуне сложен не менее громадный тур. С перевала уходим траверсом влево, стараясь не терять высоту. Примерно через час выходим на перевальное плато Джилги, которое может разместить на себе несколько футбольных полей - целый горно-олимпийский комплекс.

Отсюда открывается прекрасная панорама на юг, где выделяются вершины Безенгийского района. Слева по ходу торчат скальные останцы причудливой формы, напоминающие зубцы из гребня дракона. Фотографируемся, допиваем из фляжек утренний компот, закусывая его орешками из "каэмпешек" - так называются у нас комплекты карманного питания. После отдыха сваливаем вниз по некрутому снежнику, который переходит в осыпной склон. Осыпи постепенно сменяются травянистыми склонами, ущелье начинает заметно сужаться.

Вдруг вдали внизу внимание привлекает что-то оранжевое. Первые мысли - не то оригинальная палатка, не то какой-то резиновый плот, лежащий на боку. Спустя минуту объект превращается в вертолет МИ-8, упавший поперек ручья. Фонарь пилотской кабины разбит всмятку.

Ряд осколков разбросан вокруг в радиусе до двадцати метров. Осматриваем место катастрофы, пытаясь представить себе, как это произошло. Приборные доски уже раскурочены, стекол в иллюминаторах. Внутренности машины оголены, видны скрученные и смятые трубопроводы, кабели.

Лопасти винтов рассыпались, одно из колес шасси задралось вверх и свободно вращается на оси, другое, спущенное, наполовину зарылось в щебень. Уходим отсюда минут двадцать спустя, прихватив кусочек резинового шланга для прокладок к примусу. Берега ущелья вытягиваются вверх, само ущелье делается все более узким. Несколько раз мы идем по воде, переправляясь с одного берега на другой и, наконец, подходим к теснине, в которую с шумом устремляется поток.

Дальше по каньону хода. Справа - разрушающиеся скалы, слева, за зеленым перегибом - крутые травянистые склоны, высоко на них угадывается какое-то подобие тропы.

Так оно и оказалось, в чем убедился разведчик, ходивший просмотреть дальнейший путь, он видел и небольшую стайку убегавших туров. После обеда подъём на тропу с дальнейшим спуском по ней привели в альпийский луг с густой высокой травой. Здесь после разведки окончательно выбрали дорогу по каньону. Справа крутой лесистый склон, слева нависают граненые пилоны красно-коричневых стен, образованные много лет тому назад извержением Кумкюгенкаи. Идем там, где удобнее.

В течение полутора часов делаем больше десятка переправ. Где-то прыгаем по камням, где-то разуваемся и проходим вброд, помогая друг другу. В одном месте спускаемся по крутой стенке справа от большого широкого водопада.

Место очень живописное, снимаемся на видео и фотопленку. Спустя еще полкилометра на левом берегу в скальной нише - охотничье убежище. Стенки выложены камнем, внутри довольно таки приличные спальные мешки, в углу утварь и кости. Чуть ниже на траве свежие следы людей, еще сегодня бывших. На правом берегу видим еще один красивый водопад - высокий и узкий.

Еще около часа спуска вдоль узкого пространства между стенок каньона и становимся на ночевку на скалистом пятачке. За день мы основательно умаялись, путь по ручью Джилгису труднопроходимый, но вместе с тем и очень интересный. В этот же вечер впервые прячем видеокамеру в стороне от палатки - ещё неизвестно, с кем мы тут можем встретиться… В сгущающихся сумерках над нашими головами постепенно слился с черным небом большой скальный козырек.

Шум ручья быстро убаюкал команду. Утро было на удивление теплым. Уже с половины шестого почти все вылезли из палаток. Позавтракали и продолжили путь. После трех кряду переправ появилась тропа, которая повела нас левым берегом.

На пути попадаются смородина и малина. Каньон начинает расширяться и, за поворотом вправо открывается окраина поселка Эльтюбю. Переодеваемся и отдыхаем около получаса под большой скалой, похожей на гигантского орла.

Рядом, в граненых скалах, прямоугольное отверстие явно рукотворного происхождения, возможно, это и есть пещера Калатюбю - стоянка первобытных людей, которые в давние времена здесь жили и прятались от вражеских нападений. Направо по ходу мы видим старинные мавзолеи - усыпальницы в виде небольших склепов прямоугольной и цилиндрической формы. Через небольшие окошки в стенах видно, что за много лет от хозяев этих "жилищ" ничего не осталось.

Под знаком большой медведицы. г. - Иван Королевский - путешествие по всему миру!

По мосту переходим мутный поток Чегема и через полчаса его правым берегом. Игорек, попав в лоно цивилизации, забывает ледоруб возле лавочки, где присматривал себе носки.

Вернул его, с трудом догнав нас, маленький мальчуган, чуть больше ледоруба ростом.